В преддверии Дня со­трудников органов вну­тренних дел рассказываем об Александре Алексан­дровиче Назарове. Он вышел в отставку в звании майора с должности на­чальника уголовного розы­ска милиции Виноградов­ского района.

Работать честно и жить так же

Еще из его регалий и постов: начальник охраны казначей­ства, председатель Совета вете­ранов ОВД.

Показывает мне полную папку разных благодарностей и грамот – свидетельства мно­голетних поощрений за без­упречную службу. Несколько – от губернатора Архангельской области. Особая бумага с гер­бовыми печатями – от Россий­ского Совета ветеранов, подпи­санная генерал-полковником Шиловым.

Приносит пиджак от мунди­ра. Встряхнул – хоть уши затыкай от звона различных медалей и памятных знаков, в том числе – «Отличник службы уголовного розыска» и юбилейная медаль в честь трехсотлетия со дня рож­дения Ломоносова, подаренная от КПСС (говорит, что партийный билет не выкинул, сохранил до сих пор). Еще одна из дорогих реликвий на лацкане мундира – академический ромбик, вы­данный по окончании акаде­мии МВД.

Еще зарубки в реестре заслуг. Собрал уникальный архив, по­священный своей профес­сии. Создал музейную комнату в здании районной милиции (ныне полиции). Там проводятся уроки мужества для школьни­ков. Выпускается стенная газета «Ветеран». Ко всему этому при­частен Назаров.

В областной книге о вете­ранах милиции, которая назы­вается «Востребованы», есть отдельная статья о нем. И сам он написал о своих товарищах по работе. У многих учился, на­бирался опыта. Они стали для него наставниками, образцами в труде и поведении. Всех не перечислишь, но некоторых на­звать необходимо. Это Николай Сергеевич Вакорин, Николай Сергеевич Дроздов, Яков Яков­левич Орлов, Яков Павлович Голиков, Николай Афанасьевич Хабаров, Евдокия Кузьминич­на Бакина, Вячеслав Василье­вич Безумов (начальник РОВД, построил новое здание для со­служивцев, вместе с Владими­ром Ивановичем Сивцовым). Иван Трофимович Мой – первый председатель ветеранского об­разования, Вадим Валентино­вич Гашев и длинный список других достойных людей в по­гонах.

Сам Назаров в своей нелег­кой службе придерживался не­многих, но стержневых правил, которые помогали ему с честью выполнять свой долг. Как сам признается: «Работать честно и жить так же». Совесть, говорит, чиста. Не стыдно отчитаться за прожитое перед отцом. Всегда помнил и следовал его давне­му, в минуту откровенности, наказу:

— Твои достойные дела и по­ступки нам, родителям, награда.

Еще из постулатов.

«Люблю верных и предан­ных людей, ценю коллег и вза­имоотношения с ними».

«Главные герои – люди. Это десятки разных судеб. Каждая – драгоценна и важна по- своему».

«Книги – мой неизменный поводырь в жизни. Из пяти­десяти восьми прожитых лет я полвека – читатель библио­теки».

И капитальный его девиз:

«Идти вперед и не сдавать­ся!»

В милиции Саша, как и многие, ока­зался случайно, в силу жизненных об­стоятельств.

Учился в техникуме в Архангельске. Но не окончил его из-за романтических при­зывов к молодежи.

В Вычегодском комсомоль­ско-молодежные бригады взя­лись за грандиозный проект – строительство птицефабри­ки. Сорвался с учебы, уехал под Котлас. Стал каменщиком. Есть памятная фотография: Саша вместе с другими энту­зиастами-строителями на за­кладке кирпичного фундамента объектов. Потом, после строй­ки, искал новую работу. Под­вернулась патрульно-посто­вая служба Котласского ГОВД. Взяли, понравилось. После перевелся в свой район, но больше с милицией не расста­вался. Милицейская школа, ка­рьерные ступеньки. Как у всех.

Отличник службы уголовного розыска

Как не рассказать, хотя бы коротко, об этой, главной сто­роне его милицейской работы. Возглавлял как-никак уголов­ный розыск Виноградовского района.

На эту тему Назаров оказал­ся не особо речист. Даже скуп. О себе, своем вкладе в рас­крытии того или иного пре­ступления говорит очень мало, почти ничего. А вот помощни­ка или напарника непременно выделит, да еще добавит: «Не пропусти его, не замолчи».

В тот раз его деловым по­мощником (так Назаров ото­звался о нем) оказался Ев­гений Егорович Денисов, оперуполномоченный. По­ступил сигнал из Верхнего Чажестрово: кража в магази­не. Выехали на место. Начали оперативное расследование. Под подозрение попал один мужчина. Но тут добавились к делу новые таинственные об­стоятельства: в деревне про­пала женщина. Взяли в оборот того человека, осужденного на поселение (в народе зовут химиками). В ходе следствен­ных действий он признал вину. Взял два ящика водки, деньги. Однако женщины- то нет. Нарушитель по этому поводу молчит, не дает до­полнительных показаний. Есть только предположения, не самые радужные, скорее наоборот. Нет трупа – дело на тормозе. Решили прове­сти разыскные мероприятия в ближайшем лесу. Догадыва­лись: мужчина мог убить жен­щину как свидетеля кражи. Возможно, и соучастницы. Из города вызвали кинолога с собаками. Выделили опера­тивную группу. Участники ее надели резиновые болотные сапоги, поскольку была весна, вода всюду по колено. Обша­рили четыре болота. И обна­ружили свежее кострище: в стороне валялись пустые бу­тылки из-под водки, пластико­вые стаканчики (пара). Детали того происшествия постепен­но начали проясняться. За­держанный явно заметался, как заяц, попавший в капкан. Нажали на него:

— Где она?

Молча указал на канаву.

Там, кинутую в болотную тину, и нашли несчастную.

Труп выносили вместе. Тяжело. По болотам пришлось с ним тащиться два километра.

Другой случай в Рочегде. Участковый Виктор Василье­вич Шахов доложил: в мага­зине «Волна» неизвестным похищено вино, дневная вы­ручка. Прибыли на место из райотдела. Группу возглавил, как обычно, Назаров. Начали разбирательство. Поселок большой, версий достаточно. Надо раскрывать быстро, по горячим следам. В общежи­тии проверили всех неблаго­надежных. Остановились на одном вербованном. Он вски­пел:

– С ума сошли. Я давно чист!

Но почему-то (наверное, опыт) Назаров продолжал копать. Поговорил с Шаховым.

— Надо, Виктор Васильевич, заставить его признаться?

— А как? Это тертый калач.

— Возьмем его на шарамы­гу?

— А что это?

— Рыбацкий термин. Пучок червей на якорьке. Бросаешь – щука кидается. Обманка спря­тана.

— На дурачка, значит?

— Ну да. Может, клюнет.

Произвели несложную ма­нипуляцию. Взяли отпечаток большого пальца у доверен­ного человека. Позвали того из общежития. Предъявили улику:

–– Наследил в магазине. Отпираться бесполезно. Экс­пертиза подтвердила: твой слепок, дружок. Ошибки, сам знаешь, не бывает.

Мужик опешил, сразу со­знался:

— Бес попутал. Это я украл!

Так нашли похитителя. Не­много погодя, вор, внима­тельно взглянув на отпечаток, вдруг сказал сдавленным го­лосом:

— Александр Александро­вич, нечестный твой прием­чик. У меня ведь, смотри, на руке большого пальца нет, я его по пьянке отморозил.

— Не рыпайся, — обрезал его начальник. — А ты разве честно магазин обчистил?

Вот еще одна страничка из служебных достижений нашего героя. Она показа­тельна в том смысле, что даже самая второстепенная деталь, давно запорошенная годами, вдруг может стать ключом к разгадке. Но для этого нужны талант и память настояще­го оперативника. Такими ка­чествами обладает, без вся­кого сомнения, Назаров. Как пример – эта невероятная история.

Боролись с паленой водкой. Многие торговали ею на дому, спаивали людей. Одно время этот бизнес разросся пышным ядовитым цветом. Необходимо было как-то хотя бы притушить заразу. Адресаты подпольных продавцов в милиции были хорошо известны. По одному, на улице Северной, Назаров и пришел. Этиловый спирт возили канистрами. Бутылка отравы – полтора рубля. Жела­ющих едва не в очередь. При­тоны не пустовали.

Начал разбираться. Хозяе­ва, как всегда, прикидывались невинными овечками.

В общем, морока. Но кор­чевать хапуг и растлителей необходимо. К стенке припе­реть. Этим опер и занимался. Небезуспешно. Как вдруг в углу, среди хламья, его внима­ние привлекла икона. Взгля­нул на нее – и что-то смутное начало прорезаться в памяти. Детали того давнего впечатле­ния становились рельефней, четче. Где же он мог видеть этот образ, изрядно потем­невший от времени? Да-да! Это было лет тридцать назад у себя на запани Шидрово. Он вместе со своим дружком Се­режкой Барминым приходил на дом к начальнику запани Александру Сергеевичу Ак­сенову по каким-то рабочим делам. Еще с седьмого класса в летние каникулы работал вместе с другими пацанами на рейде на вязке пучков. Деньги заколачивали. На первую по­лучку купил себе новые ботин­ки и шерстяной костюм (надо ведь перед девками форсить!). У Аксенова мельком и видел как раз такую же точно икону. Надо же – осталась в глазах! Сомнений у него не остава­лось.

Вытащил ее из угла, прямо и строго спросил хозяина:

–– Откуда она? Не из Ши­дрово ли?

Тот от удивления язык словно проглотил.

— Ну, колись!

— Как Вы догадались?

— Догадался. Давай не виляй. Говори все начистоту.

Так нечаянно была раскры­та запанская кража. Оказыва­ется, этот человек забрался в дом начальника, сломав замки (в это время тот с семьей уехал в город). Набил там рюкзак разного добра (икону прихва­тил для сбыта: видно, что ста­ринная, значит, можно сба­грить за хорошие деньги), да еще и прожил там вольготно недели две, даже печи топил, благо готовые дрова находи­лись в сенях (не надо на улицу выходить).

Назаров немедленно по­звонил Аксенову в город:

— Приезжай, у тебя дом ограбили.

Тот не заставил себя ждать. Оперативник встретился с ним:

— Что у тебя пропало?

— То-то и то…

— Икона твоя? — показал.

— Да, моя.

— Приезжай в отдел. Забери свои вещи.

Так нечаянно, занимаясь одним делом, раскрыл другое.

Очерк публикуем с сокраще­ниями.

Фото из архива редакции